419.54 509.2 5.72

Военнослужащий в Актобе погиб при исполнении, а виновных, оказывается, нет

Военнослужащий в Актобе погиб при исполнении, а виновных, оказывается, нет
Назгуль и Талгат Талжановы. Трагедии еще не случилось...

В редакцию Timeskz.kz обратилась вдова, мать троих детей Назгуль Талжанова. Она возмущена тем, что её муж, служивший по контракту командиром отделения в Военном институте сил воздушной обороны (ВИСВО), погиб от травм, полученных на службе, а виновные в его смерти даже спустя 8 месяцев после трагедии не определены и не наказаны.

По контракту мужчина прослужил 10 лет.

Чтобы разобраться в произошедшей трагедии и вникнуть в суть вопроса, журналист выехала домой к Назгуль Талжановой.

Вдова осталась с тремя детьми

34-летняя вдова живёт в новостройке коттеджного городка на краю микрорайона «Нур Актобе». Напротив дома - голая степь. Школа и детский садик находятся очень далеко. Трое детей, мал мала меньше, высыпали в прихожую мне навстречу. Старшей дочери Назгуль и Талгата 7 лет, сыну 6 лет, а младшей девочке всего лишь 2 годика.

Назгуль с большой любовью вспоминает Талгата:
- Ему ведь только 40 лет исполнилось. 1 апреля у него должен был начаться трудовой отпуск. Он сказал, что 5-го числа мы отметим, съездим в Алматы, как раз у детей каникулы. А 31 марта произошло такое горе…

По словам Назгуль, 31 марта утром Талгат выпил кисайку чая и уехал на работу.
- Когда объявили режим ЧП, он каждый день выезжал и проводил дезинфекцию города. Работал с 5 утра до 18 часов, - вспоминает вдова.

Во всем виноват «Зил-131»?

Для помощи в проведении дезинфекции в Актобе из воинской части №25744 города Актау вместе с двумя контрактниками командировали водовоз «Зил-131». Машина была старая, 1986 года выпуска. Она даже сама не смогла бы доехать в Актобе, её привезли на трале.

Как известно из приговора суда, транспорт был не на ходу, из него текла вода и масло, был неисправен стартер. Для ремонта «ЗИЛа» вызвали мастера, он починил видимые на глаз дефекты.

31 марта в прикомандированный в Актобе водовоз «ЗИЛ» залили раствор и в составе четырёх автомашин отправили на дезинфекцию города.

Около 10:30 напротив дома по адресу Алтынсарина, 6 произошла авария. Водитель вышел из «ЗИЛа», ручной тормоз не сработал, и транспорт стал катиться назад. Примерно через 3-5 минут между двумя автомашинами зажало курсанта «ВИСВО» Курмангалиева и контрактника Нургалиева. Мужчины были в защитных костюмах, специальных очках и движущуюся машину не увидели. Работавшие на дезинфекции несколько десятков курсантов кинулись откатывать тяжёлый «ЗИЛ», вытаскивать из-под него людей, вызывать неотложку.

В результате аварии курсант получил вред здоровью средней степени тяжести, а контрактник – тяжёлой степени тяжести: множественные травмы, в том числе переломы рёбер и разрывы внутренних органов.

За жизнь Талгата врачи боролись пять дней, ему провели две операции.
- Муж написал мне SMS в 11:30, что его зажало между машинами и на скорой помощи везут в больницу, - вспоминает Назгуль. – Мне удалось увидеть его в больнице. Кто мог знать, что это было в последний раз…

4 апреля мужчина умер в стационаре.

Человек погиб, а виноватых нет

Следующие восемь месяцев после смерти супруга вдова вспоминает, как страшный сон.

Дети каждую ночь вздрагивают при стуке ветра в окна и с надеждой спрашивают: «Папа пришёл?».

Масса проблем навалилась на плечи 34-летней вдовы – начиная с вопроса погашения кредитов за дом, взятый в ипотеку, и заканчивая поиском виновных в смерти её мужа.
- Несколько раз уголовное дело, возбуждённое в связи со смертью моего мужа, закрывали, - возмущается Назгуль. – Только после письма в генеральную прокуратуру и министерство внутренних дел поменяли следователя и довели дело до суда.

25 декабря военный суд Актюбинского гарнизона вынес оправдательный приговор 23-летнему парню, который управлял в тот злополучный день «ЗИЛом».

Два эксперта смогли убедить суд, что подсудимый не мог знать о неисправности ручного тормоза автомашины. А значит, по статье 463 Уголовного Кодекса «Нарушение правил вождения или эксплуатации машин», повлёкшем по неосторожности смерть человека, он не виновен. При этом в суде выяснили, что у парня, управлявшего «ЗИЛом», не было прав категории «С». Следовательно, он вообще не имел права ездить за рулём большегрузного транспорта.

Вдова не согласна с приговором и подала апелляцию.

- После смерти мужа остались два кредита, - рассказывает вдова. – Министерство обороны погасило только часть из них. Остались долги: 900 тысяч тенге в «Жилстройсбербанке» и 750 тысяч тенге в «Каспи банке». Эти кредиты образовались, когда мы взяли жильё в ипотеку. Мы с мужем 7,5 лет ходили по квартирам и уже устали, поэтому в 2019 году решились взять ипотеку. Сумму по ипотеке платило Министерство обороны, у мужа была зарплата 90 тысяч тенге.

Последние 8 лет Назгуль не работала, сидела с детьми. Сейчас она получает социальные выплаты в общей сумме 104 тысячи тенге. За эти деньги нужно как-то выживать вчетвером, а дети растут, и их потребности тоже.

Военнослужащий в Актобе погиб при исполнении, а виновных, оказывается, нет
- Мы жили с мужем душа в душу, - рассказывает Назгуль. – Не помню, чтобы он хоть раз обидел меня или повысил голос. В один миг мы потеряли родного человека, кормильца. Отца детям уже не вернуть. Но хотя бы образование нужно дать детям. Сейчас все уроки платные, и в магазинах всё дорого, одни сапоги стоят кучу денег.

Вдова требует возместить её 15 миллионов тенге ущерба и ждёт рассмотрения второго дела, по которому ответчиком теперь будет выступать воинская часть, которая командировала в Актобе сломанный «ЗИЛ».

Увидев жизнь семьи погибшего военнослужащего-контрактника, возникает немало вопросов.

И первый из них – кто же пойдёт защищать Родину за 90 тысяч тенге при таком отношении к их родным? Испытывать лишения по 7,5 лет, скитаясь по квартирам? Получать от государства холодные коттеджи в кредит на краю города, откуда ни детей в детсад не отвезёшь, ни в школу не отправишь? Да и качество этих наспех построенных домов оставлять желать лучшего – стены уже дали осадку и потрескались.

И как быть теперь несчастной вдове, которая последний раз работала 8 лет назад, а младший ребёнок ещё не достиг возраста, когда его можно отправлять в детский садик?

Неужели у такой богатой страны, как Казахстан, и такого ведомства, как Министерство обороны, нет возможностей погасить ей оставшиеся 1 миллион 650 тысяч тенге кредита? Для одинокой женщины это астрономическая сумма. Ведь завтра она не сможет её заплатить и останется со своими детьми даже без дома! Семья ведь брала эти деньги не на покупку навороченных гаджетов, а на рядовые нужды – на крышу над головой.

И почему женщине, испытавшей такое горе, нужно ходить по инстанциям и доказывать, что её дети хотят кушать и жить в нормальных условиях? Где осталась страна, которую десять лет защищал её супруг?

Тамара Тройкина
Фото из семейного архива Назгуль Талжановой

Самые интересные новости в нашем Telegram-канале

Нашли ошибку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter

Читайте также

Когда возможна отмена карантинных мер в Актюбинской области, рассказали врачи

10:48

В смерти пяти актюбинских рабочих на производстве «АЗХС» обвинили погибшего мастера

10:37

Пандемия пандемией, а платить кто будет? Почему в Актобе автобусы ездят переполненные

15:26
Азпп
Наверх